Мюнхен: мир в миниатюре

Всю неделю в деревню съезжались молодые миссионеры, представители пятидесяти двух наций и пятидесяти деноминаций. Джимми и Дженни приехали на «фольксвагене» с прицепом. Доусоны тоже были здесь: Джим, как всегда, элегантный, и прямолинейная Джой, которая станет руководить занятиями по Библии в нашей палатке.

План на эти три недели был простым: ежедневно пятьсот человек под руководством Дона Стивенса выйдут на улицы Мюнхена, а другие пятьсот — под моим началом — остаются в замке, чтобы пополнять свои знания, молиться и изучать Библию. На следующий день группы меняются местами. Ребята будут подниматься в пять часов утра, брать с собой пакеты с едой и отправляться поездом в Мюнхен Мюнхен: мир в миниатюре, возвращаясь оттуда поздно вечером. Мы планировали провести несколько маршей в городе и большой музыкальный фестиваль в конце третьей недели.

К сожалению, с самого первого дня мы столкнулись с наихудшим, что только можно представить, — с безразличием.

Мы были похожи на незваных гостей на веселом празднике жизни. Попытаться прервать этот праздник и поговорить с людьми о чем-то важном — задача не из легких. Спорт — это идол, у ног которого лежал весь мир. Соревнования атлетов символизировали мир и братство. Немецкие власти, желая показать всем, что Олимпийские игры проходят спокойно, запретили все запланированные нами марши и выставили нас с нашим музыкальным фестивалем за Мюнхен: мир в миниатюре пределы Мюнхена, поэтому нам пришлось изменить тактику. Мы разделились на маленькие команды, которые ходили в школьные городки, в парки, где собирались юные коммунисты, и просто в общественные места, и проводили импровизированные собрания по всему городу. В Олимпийской деревне наши ребята разговаривали с представителями стран, находившихся за железным занавесом. Тех, кто хотел узнать больше, мы приглашали в большой магазин, переделанный в кафе, и там говорили об Иисусе.

Мы имели неплохие результаты, которые дались нам нелегко. Мы работали две недели, но в этой атмосфере соперничества и веселья большой проблемой по-прежнему оставалось безразличие людей.

Все изменилось, когда идол мирового братства, использовавший для Мюнхен: мир в миниатюре своих целей спорт рухнул и разбился.

Я выступал в большой полосатой палатке рано утром во вторник 5 сентября, когда заметил беспокойство в задних рядах. Шепот шел по рядам, и лица присутствующих темнели от тревоги. Наконец, один доброволец, в одежде из грубой хлопчатобумажной ткани, пробрался по пыльному проходу и передал мне записку.

Я не сразу поверил тому, что в ней описывалось, настолько это было чудовищно. Арабские террористы, ворвавшись в Олимпийскую деревню, убили двух израильских участников состязаний и захватили девять заложников. Я сообщил новость ребятам, и мы начали молиться.

Мы временно приостановили занятия, разбились на маленькие группы и просили Бога вынести из Мюнхен: мир в миниатюре этой трагедии что-то хорошее. Позже мы узнали, что пятьсот ребят, которые находились в городе вместе с Доном, сделали то же самое. Они стали в круг на колени в нескольких метрах от места, где террористы держали заложников. Часть МсМовцев молилась, стоя на коленях на тротуарах в центре Мюнхена. Другие ребята преклонили колени в христианском кафе. Затаив дыхание, вместе со всем миром мы следили за тем, как разворачивались события. Драма закончилась взрывом насилия: погибли еще девять израильтян, а с ними пять арабов и один немец.



В тот вечер олимпийский карнавал превратился в похоронное шествие. Люди ходили по улицам, как потерянные Мюнхен: мир в миниатюре. И тогда они обратили внимание на нас, потому что мы были в Мюнхене посланниками надежды. Мы плакали с плачущими, убеждая их, что у Иисуса Христа есть ответ на подобные трагедии. И сердца открывались: в день нападения террористов молодая израильтянка, член МсМ, привела араба-мусульманина к вере в еврейского Мессию.

Понимая, что не можем больше оставаться в деревне, мы с Дар уехали в Мюнхен вместе с остальной группой наших студентов. Мы стояли на сцене в Олимпийской деревне и пели песни, стараясь привлечь внимание присутствующих к Богу. Один за другим люди заполняли места в амфитеатре, молча слушая нас Мюнхен: мир в миниатюре. Когда мы закончили петь, к нам подошла привлекательная немка лет двадцати и спросила:

— Вы люди Иисуса?

Мы с Дар ответили одновременно:

— Да.

Взгляд девушки выражал страстное желание.

— Я тоже хочу стать человеком Иисуса.

Мы привели ее в кафе и представили Дону, который свободно говорил по-немецки. Он выяснил, что она путешествовала по Европе в поисках смысла жизни. Она нашла его в тот вечер, когда, подняв руку, произнесла:

— Теперь я знаю Иисуса. И я тоже принадлежу Ему. После трагедии с израильскими спортсменами городские власти изменили свое отношение к нам. Один полицейский сказал Дону:

— Вы, христиане, — единственное светлое и доброе, что произошло здесь за Мюнхен: мир в миниатюре эти три недели.

Нам разрешили проводить христианские марши. Нам даже дали несколько тысяч цветов из городского парка, чтобы мы могли раздать их людям во время шествия по центру города в знак скорби по убитым.

Мы напечатали десять тысяч газет, которые буквально вырывали у нас из рук. На первой полосе размещалась фотография араба и еврея из МсМ, стоявших рука об руку и провозглашавших, что единственно возможным путем создания мирового братства является Иисус Христос.

Три недели Олимпийских игр завершились трагедией, которую Мюнхен никогда не забудет. Закончились и для нас три недели, принесшие нам нечто новое и позволившие не остаться в стороне Мюнхен: мир в миниатюре от человеческой скорби.

Благодаря щедрым пожертвованиям, мы расплатились за замок, и теперь в Германии у нас было постоянное место. Перед тем, как свернуть большую полосатую палатку, мы предложили молодым людям положить деньги в корзину или взять из корзины в зависимости от их веденья и планов на будущее.

Многие МсМовцы нуждались в деньгах на авиабилеты, чтобы добраться до одного из наших двадцати центров и продолжить работу там. Другие приняли решение продолжить обучение в одной из трех школ, подобной нашей в Лозанне. И почти в каждом случае содержались дополнительные расходы на долгие телефонные звонки домой, чтобы обсудить планы с Мюнхен: мир в миниатюре родителями, потому что мы настаивали на поддержании связи с родственниками и церквами.

Окончание Олимпийских игр позволило мне переключиться на другие дела. Во-первых, я нуждался в Божьем водительстве относительно приобретения корабля. Я знал, какой корабль нам нужен: это должно быть судно около пятисот футов в длину, рассчитанное на размещение нескольких сотен человек, и с большими трюмами для перевозки гуманитарной помощи нуждающимся. У нас будет медицинская команда и сотни молодых проповедников, которые сойдут на берег в портах и понесут Благую Весть. Мы покрасим корабль в белый цвет, символизирующий Божью чистоту.

Когда три человека подряд назвали мне судно «Маори», я Мюнхен: мир в миниатюре сделал себе пометку. Это был перевозочный паром, курсировавший между островами Новой Зеландии.

В апреле 1973 года, через тринадцать месяцев после того, как Бог сказал мне купить корабль, я отправился в Новую Зеландию, чтобы взглянуть на «Маори». Мы уже нашли капитана и других опытных членов экипажа, которые проходили курс нашей школы в Лозанне.

Подлетая к Веллингтону, наш самолет стал снижаться над гаванью. Город, расположенный на холмистом берегу залива, очень напоминал Сан-Франциско.

Вдруг прямо под собой я увидел корабль. Он был точно такой, каким друзья описывали «Маори»: черный, длиной около четырехсот пятидесяти футов, с белыми верхними палубами и оранжево-голубой трубой. Он спокойно Мюнхен: мир в миниатюре стоял у причала возле веллингтонских холмов. Я с уверенностью подумал: «Я смотрю вниз на нашу судьбу!»

Когда я взбирался по трапу на «Маори» вместе со мной поднялись представитель компании «Юнион Стимшип» и один из наших директоров в Новой Зеландии. Это, действительно, было хорошее судно. Три верхних палубы и две нижних, на девятьсот двадцать мест, с палубой, на которой можно разместить сто двадцать автомобилей или тонны груза. На корабле был ресторан, столовая и маленький лазарет. Я не сомневался, что этот корабль станет нашим. Мы уехали, оставив «Маори» гордо стоять на якоре.

Когда вы слышите одобрительные замечания по поводу Мюнхен: мир в миниатюре своей идеи или поступка, разве вам придет в голову, что совершаете самую горькую ошибку, на какую только способен верующий, жаждущий услышать голос Бога. И самое смешное то, что вы начинаете ощущать последствия своей ошибки именно в тот момент, когда все идет хорошо...


documentafagxen.html
documentafaheov.html
documentafahlzd.html
documentafahtjl.html
documentafaiatt.html
Документ Мюнхен: мир в миниатюре